Суды перестали церемониться с мигрантами: теперь за "коврик" могут депортировать
Выступая в сентябре перед сотрудниками СК России, Патриарх Кирилл отметил, что наша страна столкнулась со страшным вызовом, когда массовая миграция стала угрозой нашей идентичности.
А на днях с аналогичным заявлением выступил заместитель начальника службы по вопросам гражданства МВД Кирилл Адзинов, практически повторив слова Предстоятеля Русской Православной Церкви:
"Растущий дисбаланс между коренным населением и приезжими приводит к жёстким столкновениям на конфессиональной почве".
И если уж в ведомстве Владимира Колокольцева прямо говорят о ситуации, значит, она серьёзно ухудшилась…
О том, что положение с мигрантами становится всё сложнее, говорят участившиеся случаи совершения публичных намазов в общественных местах — на автобусных остановках, детских площадках, в поездах и даже на проезжей части. Такое поведение вызывает оторопь у коренных жителей и непонимание того, почему приезжие не уважают правила, принятые в православном социуме. Помимо прочего, это ещё и нарушение законодательства: намаз на людях трактуется (и совершенно резонно) как незаконное миссионерство.
В январе текущего года суд Люблинского района назначил штраф и депортацию гражданину Таджикистана за совершение публичного мусульманского молебна в шоуруме магазина на первом этаже жилого дома. В марте суд Кирова выписал штраф в размере 30 тысяч рублей узбекскому гастарбайтеру Нурилло Мухторжону угли Рахмоналиеву за совершение намаза в общежитии университета. И такие решения судебных органов отнюдь не единичны.
Адепты замещающей миграции любят сравнивать совершение намаза с православной молитвой перед храмом. Дескать, почему русский может перекреститься на церковь, а мусульманину расстелить коврик и помолиться нельзя? Опустим тот факт, что русский, как правило, находится на своей земле, где его предки жили столетиями, в отличие от иностранцев. Обратимся к мнению экспертов.
"Намаз хоть и переводится как "молитва", на самом деле не молитва, а богослужение. Аналогом христианской молитвы в исламе является "дуа" — обращение к Аллаху, которое произносится вслух и не требует особой подготовки. Намаз же больше похож на молебен или публичную проповедь. Российский закон говорит, что богослужения должны быть согласованы с органами власти",
— говорит доктор исторических наук профессор Роман Силантьев. То же самое с магометанами:
"Намаз на улице легален, если он согласован с органами муниципальной или исполнительной власти. Не согласован — нелегален. Когда верующие молятся в праздник на улице у мечети — это всё согласовано".
Равнодушие к подобным актам утверждения своей религиозной гегемонии свойственно Европейскому союзу и Британским островам. Там пошли и дальше — предоставляют для намаза христианские храмы. В 2017 году кюре парижской церкви Сен-Кристоф-де-Жавель разрешил использовать её для исламского молебна.
Храмы в Европе распродаются оптом и в розницу. При этом, словно на дрожжах, растут мечети и индуистские храмы. Если проявить слабость и "толерантность", в России может произойти нечто похожее.
К слову, в мусульманских республиках бывшего СССР действует строгий запрет на мусульманскую молитву вне пределов мечети.
К сожалению, многие рядовые сотрудники полиции в России банально не в курсе, что публичный намаз — нарушение законодательства. Системе МВД следует организовать краткую разъяснительную работу и донести до личного состава, что расстеливший коврик в общественном месте "молящийся" — нарушитель, глубоко не уважающий принимающую сторону, то бишь коренное население.
Коллаж Царьграда
